Դեսից-դենից

..նոթատետր..

Ցինիկ Բերեզովսկին

leave a comment »


 

«Он развлекался всеми доступными ему способами»

Юрий Фельштинский о своем друге Борисе Березовском

Борис Березовский и Владимир Гусинский
в Доме приемов Логоваза 1996 год.

Фото: Юрий Феклистов / East News

«Лента.ру» продолжает цикл интервью о недавнем прошлом нашей страны. Вслед за перестройкой мы вспоминаем ключевые события и явления 90-х годов — эпохи правления Бориса Ельцина. Доктор исторических наук, друг и советник Бориса Березовского Юрий Фельштинский рассказал «Ленте.ру», что делать, когда становится скучно быть просто богатым, почему олигархи не тратят своих денег, а также что общего между докторской диссертацией Березовского и бревном Ленина.

Таблица ценностей Березовского

«Лента.ру»: Бориса Березовского считают самой загадочной фигурой ельцинской эпохи. Скажите, вы разгадали для себя этого человека?

Юрий Фельштинский: У меня не было никогда задачи разгадать Березовского. У меня была задача понять, чем я смогу быть полезен ему и России. Это наивно сейчас звучит, но в 1998 году я на эту наивность имел какое-то право. Я считал, что смогу, находясь при «влиятельном» Березовском, изменить ход российской истории. Если бы он готов был меня услышать, это бы, конечно, удалось. Например, некоторые высокопоставленные сегодня чиновники высот своих не достигли бы.

Но заставить себя быть услышанным, «попасть в фокус» Березовского было сложно. К тому же он не имел никакого влияния на роcсийскую политику. Это миф, автором которого был сам Березовский. Полезен после 1996 года Борис оказался лишь один раз — когда создал партию «Единство» и блистательно победил Юрия Лужкова на парламентских выборах в октябре 1999 года. После этого самоуверенный и высокомерный Березовский, уверовавший в свою гениальность и незаменимость, стал помехой.

Слышал, чтобы понять Березовского, вы выработали специальную систему его восприятия. Поделитесь ею?

Отличие Березовского от всех остальных людей (по крайней мере от тех, кого знал я) заключалось в том, что его интересовал только он сам. Он был доведенным до теоретического максимума эгоистом. Думал только о себе, делал только то, что считал для себя выгодным и приятным. Иногда это совпадало с интересами других людей, групп или целых коллективов (могло совпадать даже с интересами стран и народов). Иногда не совпадало.

Сказать, что Березовский был беспринципным — ничего не сказать. Он слова такого не знал. Список отсутствующих для Березовского слов и понятий был, думаю, бесконечным. По той же причине он был абсолютно аморален. При этом вы и ваши читатели должны понимать, что если бы Березовский увидел эти строки, он не воспринял бы их как обидные или очерняющие. Я даже подозреваю, что написанное ему бы льстило. В характеристиках других людей он был жесток, циничен, прямолинеен и ожидал к себе такого же отношения.

Основной целью Бориса всегда было получение от жизни удовольствия. Сложнее было научиться подстраивать свои проекты и свою работу под необычную шкалу его ценностей. Разумеется, можно было на все плюнуть и вернуться в США. В конце концов, этим и закончилось — в России я продержался с сентября 1998 по май 1999 года, поскольку к маю 1999-го понял, что помочь тут ничем не могу и изменить ничего не в состоянии. Но в августе 2000 года сам Березовский эмигрировал из России (формальное заявление об эмиграции он сделал чуть позже), и в его жизни началась другая глава, и мне нашлось в ней какое-то место.

Да, я составил для себя некую таблицу ценностей Бориса, которые я назвал для себя «кайфами»: поставить своего президента в России — 100 кайфов. Снять президента России — 500 кайфов. Создать оппозиционную политическую партию «Либеральная Россия» — 5 кайфов. Переспать с молоденькой девушкой — 7 кайфов. Дать интервью иностранной прессе — 2 кайфа. Российской — 1 кайф. А то, что ему было не в кайф, он просто никогда не делал.

Без понимания шкалы удовольствий Березовского невозможно понять логику его действий. Со стороны многие его шаги казались бессмысленными и необъяснимыми. А он просто развлекался всеми доступными ему способами.

Математик, политик и бизнесмен

Как это вообще стало возможно, что ученый, математик, совсем не интересовавшийся политикой и бизнесом, в одночасье достигает таких высот и в том, и в другом? Причем, как вы писали, он плохо разбирался в людях. Как же ему удавалось ими манипулировать, добиваться того, что он хотел?

До какого-то момента он получал удовольствие от решения математических задачек, тем более что в СССР это было дело престижное. Политикой (в смысле, государственной политикой) Борис, конечно же, не занимался, так как это было рискованно и скучно. Какое удовольствие могла доставить советская политика? Никакого. Да и не было никакой политики. Было лишь исполнение директив и указаний партии. А бизнес Бориса интересовал всегда. Чтобы еврею в СССР и кандидатскую защитить, и докторскую, нужно проявить карьерно-организационные способности не меньшие, чем в бизнесе.

Березовский стал членкором. Стал бы и академиком, но корочки к этому времени его уже не интересовали, а интересовали большие деньги. Ему было интересно, сможет ли он заработать, скажем, миллиард долларов. И это в период, когда самые смелые ожидания многих будущих олигархов не переваливали за миллион.

Березовский абсолютно безжалостно эксплуатировал чужие мысли, идеи, начинания, предложения. Эксплуатировал и использовал людей. Можно, конечно, обвинять его в том, что зачастую он воровал проекты или идеи. Но ведь мы с вами уже установили, что Борис был аморален, и говорить применительно к нему о «порядочности» и «непорядочности» было бы совершенно «ненаучно». Поэтому не будем этого делать.

В конце концов, можно считать, что Борис был способным менеджером (это вполне деловой термин) — менеджером по организации защиты кандидатской, докторской, членкорства и так далее. Я знаю много математиков, рассказывавших, что писали Березовскому докторскую. Знаю много пиарщиков или журналистов, которые говорили, что писали Борису ту или иную принципиальную (длинную) статью. Могу подтвердить, что Борис неоднократно присылал мне какие-то свои рукописи до публикации с просьбой высказать (письменно) свое мнение, сделать замечания и комментарии (тоже письменно).

Уверен, что такие же просьбы были одновременно обращены им к доброму десятку людей, и все рецензенты затем находили в окончательном опубликованном варианте искорки своих мыслей или поправок. Все это немного походило на бревно Ленина на субботнике в Кремле, которое, если судить по написанным мемуарам, несли 600-800 человек.

Но Борис и тут вывел свою вполне гладкую теорию. Когда я его спросил про какой-то текст, о том, не смущает ли его, что, собственно, то же самое раньше предлагал совсем другой человек (не упомянутый Березовским), Борис ответил: понимаешь, важно не то, кто первым сказал, а то, кого первым услышали.

Свои мысли, даже если они были украдены, он очень ценил и любил. Мы как-то полетели в Грузию к Бадри Патаркацишвили. Бадри тогда был под ордером России на его арест и жил на съемной даче под Тбилиси. Не то чтобы он особо прятался, но и не светился без надобности. Понятно, что Бадри Бориса принимал тепло и сердечно (мы вдвоем прилетели, и никого у него в гостях не было). На столе — и вино, и горный козленок, отваренный в молоке, и много прочей грузинской еды. В какой-то момент Борис вдруг — абсолютно вдруг, потому что не о том говорили — спросил Бадри, что такое любовь. Бадри, которого я всегда считал простоватым, вдруг стремительно, не думая ни секунды, ответил: доведенная до предела форма эгоизма.

Борису эта фраза очень понравилась. Он по дороге обратно в самолете ее все время обмусоливал и к моменту посадки решил у Бадри эту фразу украсть (Бадри эта фраза не нужна была ни для чего, а Березовский не мог дать пропасть товару). Сначала Борис рассказал в интервью о том, что один из его друзей сформулировал ответ на его вопрос «что такое любовь». В следующем интервью он уже «сам» формулировал для себя ответ на этот вопрос «при помощи своего друга». В итоге из сказанной Бадри за столом фразы вышла такая установка Бориса:

«Я недавно задумался, как определить, что такое любовь. Не любовь между мужчиной и женщиной, а просто любовь к другому. Очень смешная получилась история. Оказалось, что любовь к другому — это высшая степень проявления эгоизма. А что такое эгоизм? Это любовь к самому себе. То есть любовь к другому — это высшее проявление любви к себе».

Так вот, я не знаю, сам ли Борис придумал схему с «Логовазом» или же идея эта была им у кого-то украдена, но суть заключается в том, что Борис создал кооператив и подписал с директором «Автоваза» Владимиром Каданниковым документ, согласно которому «Логоваз» становился эксклюзивным дилером «Автоваза».

Договор был привязан к фиксированным рублевым ценам (а как иначе могло быть в Советском Союзе?) И пока все советское население, включая Каданникова, пытались осмыслить начавшуюся в стране гиперинфляцию (о существовании которой население знало лишь понаслышке из романа Ремарка), Березовский получал ничего не стоившие в рублях «Жигули» и продавал их на свободном рынке за абсолютно реальные доллары, став в считанные месяцы самым богатым человеком в России.

В этот момент быть просто богатым ему стало скучно. Он уже не получал от этого удовольствие.

Ему стало скучно, тесно в бизнесе и он пошел в политику или политика сама втянула его в новую игру?

Борис никогда не был диссидентом, демократом, борцом за справедливость. Он был карьеристом и конъюнктурщиком. Он был членом партии, причем билет свой не сдал и не выбросил после 1991 года, как многие, а хранил — на всякий случай.

Березовский давно сделал для себя ценный вывод о том, что карьерный рост (до 1991 года) и большие деньги (после 1991 года) можно заработать быстрее всего, будучи частью власти. С присущим ему цинизмом он считал, что политика — это форма зарабатывания денег, очень больших денег. Поэтому до тех пор, пока вектор энергии Березовского и вектор движения Кремля совпадали, все у Бориса в жизни было великолепно, и он был достаточно успешен, так как власть в нем нуждалась — власть всегда в таких людях нуждается. А он нуждался во власти как инструменте зарабатывания больших денег.

Выборы 1996 года

Березовский утверждал в своих интервью, что только благодаря ему воюющим друг с другом олигархам удалось в 1996 году договориться и выступить единым фронтом против Геннадия Зюганова, который к тому моменту уже принимал поздравления в будущей победе на выборах.

Эта история самим Березовским неоднократно рассказывалась. Проблема в том, что только им она и рассказывалась. Более того, то, что я сейчас перескажу, при мне записывалось в Лондоне, в офисе Березовского, на видеокамеру.

К 1996 году Ельцин был абсолютно скомпрометирован перед избирателями. Одни ненавидели его за приватизацию, другие — за войну в Чечне, третьи за разгон прокоммунистического парламента в октябре 1993 года. Его рейтинг упал до трех процентов. Шансов победить Зюганова у Ельцина не было. Александр Лебедь победить Зюганова тоже не мог.

Находящийся при Ельцине второй по силе человек в государстве, начальник СБП генерал Александр Коржаков легко убедил его в том, что он любой ценой должен остаться у власти, так как Зюганов, если станет президентом, посадит Ельцина и членов его семьи. Вот тут-то и был подписан в марте 1996 года указ об отсрочке президентских выборов в связи с чрезвычайной ситуацией, вызванной войной в Чечне. Борис точно не помнил, был ли этот указ уже подписан, но не обнародован, или же написан, но не подписан.

В мемуарах некоторых политиков говорится, что Коржаков и Барсуков были против выборов, что у них был свой план и рассматривался вариант с отменой выборов. Борис Абрамович рассказывал подробно, что они хотели сделать и как видели будущее?

К марту 1996 года в России уже оформился триумвират — Коржаков, вице-премьер Олег Сосковец и директор ФСК Михаил Барсуков. На первом этапе Ельцин, отменив выборы, становился нелегитимным президентом, вынужденным опираться на силовые ведомства. На следующем этапе Ельцина должны были отстранить от власти или даже убить заговорщики. Сосковцу прочили сначала пост исполняющего обязанности президента, а затем президента; Коржаков становился реальным хозяином страны, а Барсуков контролировал бы ФСБ.

Березовский, будучи — как мы уже определили — человеком беспринципным, пытался наладить с Коржаковым отношения и сделать его для себя выгодным. Но это не удалось — исключительно по вине Коржакова. Телевидение он планировал взять под свой контроль полностью и договориться с Березовским по этому вопросу не смог. В июне 1994 года было совершено покушение на Березовского (он выжил), в марте 1995 года — на Влада Листьева (он был убит). Я считаю, что и за первым преступлением, и за вторым стоял Коржаков, который затем попытался сделать Березовского ответственным за убийство Листьева, таким способом устранив руководителей российского Первого канала и взяв его в свои руки.

Понятно, что заговор Коржакова и захват им через отмену выборов реальной власти в России — последнее, что нужно было Березовскому, ставшему к тому времени его личным врагом. Можно считать, что в марте 1996 года, объединяя олигархов для поддержки Ельцина против Зюганова, Березовский спасал свою шкуру; можно считать, что, наоборот, он совершал гражданский подвиг. Но суть в том, что Березовский и Анатолий Чубайс сумели объединить всех без исключения олигархов, убедить Ельцина отозвать проект об отсрочке выборов и уволить после первого тура Коржакова-Сосковца-Барсукова. Во втором туре Ельцин победил, по крайней мере, официально.

Типично, что в этот момент, на всякий случай, Березовский уже имел в кармане документ об израильском гражданстве.

Он не говорил вам, сколько было потрачено средств на возрождение рейтинга Ельцина?

Нет, об этом мы не говорили — думаю, потому что Борис на это не потратил ни копейки. Вообще, он никогда своих денег не тратил. Борис договаривался о том, что деньги тратят другие. Свои деньги любой дурак может тратить. Борис считал себя умным. Поэтому после победы Ельцина на выборах 1996 года «Сибнефть» по общей договоренности стала структурой, которая в будущем должна была финансировать все президентские кампании для победы нужного кандидата.

С тех пор нужные кандидаты каким-то волшебным образом действительно побеждали. А Березовский жил на деньги «Сибнефти» и тратил деньги «Сибнефти».

Появление выигрышной фигуры генерала Лебедя на тех же выборах в 1996 году (который затем подарит Ельцину свои голоса) тоже приписывали гению Бориса Абрамовича. Так ли это?

Борис никогда об этом не рассказывал. Мне кажется, что к Лебедю никакого отношения в тот период Березовский иметь не мог. Борису много чего молва приписывала. В первую чеченскую войну Березовский был, как и следовало прокремлевскому функционеру, на стороне Кремля, а потому выступал против Хасавюртовских соглашений, инициатором которых был именно Лебедь. Это позже Борис перестроился и поддержал мир с Чеченской Республикой, что только увеличило число его врагов.

Позже, когда Лебедь был губернатором Красноярского края, мы летали к нему в составе «Летающего госпиталя» (который тоже финансировался «Сибнефтью»), и Борис вел какие-то переговоры с Лебедем о красноярском алюминиевом заводе «Русал». Но ничем хорошим переговоры эти для владельцев завода и Березовского как посредника не закончились. Впрочем, Лебедь вскоре погиб в вертолетной катастрофе.

Сила и слабость Березовского

Как Березовский относился к государству?

Смотря к какому. Если он был частью этого государства, частью власти — он был за государство, как, например, Александр Волошин или Анатолий Чубайс. Когда Борис перестал быть частью российской власти и российского государства, он осознал, что либеральная американская модель децентрализованного государства (под лозунгом Ельцина «берите себе столько суверенитета, сколько сможете проглотить») ему с его частным самолетом ближе и выгоднее. Выгоднее, чем кремлевская централизация, когда все управляется из Москвы, и он с его самолетом всем только в тягость.

Конечно, Борис до эмиграции в Лондон в 2000 году и после эмиграции — разные люди. Он сильно эволюционировал в сторону традиционных либеральных западных ценностей. Не поймите неправильно: он развернулся бы в прямо противоположном направлении, если бы того потребовали обстоятельства (а что такое «требование обстоятельств», всегда решал сам Березовский).

Он как-то отмечал для себя свои достижения? Считал ли он, что 90-е годы прошли в России под его звездой? Были ли у Березовского в 90-е враги, которых бы он на самом деле боялся? В чем, по-вашему, были его сила и слабость?

По-человечески Борис никого не боялся. Не то, что он верил в свое бессмертие и всесильность в медицинском или физическом смысле этого слова. Но после первого покушения, когда он случайно остался жив, потому что сел слева за водителем, а не справа, как обычно, он поверил, что это знак, судьба, что это не случайно. В свою звезду он верил, и это ему вредило. Поставив в 1996 году «своего президента» Ельцина, он поверил, что постиг тайну возведения в президенты любого нужного ему человека. Выиграв в лондонском суде дело у Фридмана, он поверил, что познал британскую судебную систему и знает, как выиграть в британском суде любое дело.

Разумеется, у Бориса, как и любого человека, были свои слабости. Одна — его неспособность расставлять приоритеты так, как у обычных людей. Понятно, что это делало его непрогнозируемым, загадочным, таинственным, вселяло в других людей страх, вызванный непониманием хода его мыслей. Но из-за этого в реальных схватках, там, где кончалась война нервов, денег, блеф и покер, и начиналась просто борьба, — он проигрывал. Потому что в банальной борьбе время и энергию (не говоря уже про деньги) нужно было тратить на противостояние противнику, а не на получение «кайфов» от противостояния. А у Бориса всегда все было про «кайфы».

Второй его очевидной слабостью была неадекватность, вызванная уверенностью в безграничности своих возможностей. Разумеется, эта уверенность придавала ему силу — до определенного момента, потому что остальные его не понимали, приписывали ему качества чуть ли не сверхъестественные, а потому боялись. На самом деле ничего у Бориса никогда не было, кроме денег и самоуверенности. Он считал, что у него есть еще и интеллект. К сожалению, в основе его интеллекта тоже лежали деньги. Как только (после скоропостижной смерти Бадри в 2008 году) он потерял все деньги, куда-то делся и весь его интеллект.

Сила Березовского была в деньгах. Слабость — в их отсутствии.

Правда ли, что после того, как взорвали его машину и он чуть не погиб, он решил креститься? Что — минутная слабость или страх перед смертью — разбудило в нем веру?

Я как человек нерелигиозный ничего в этом вопросе не смыслю. Предположить, что Борис во что-то верил, я абсолютно не в состоянии, хотя и прочитал все его многочисленные и многостраничные тексты по вопросам, касающимся религии вообще и православия в частности. Более неверующего, нецерковного и нерелигиозного человека, чем Борис, я в жизни не встречал, хотя публично он всякий раз подчеркивал, что он человек православный. Березовский, конечно же, считал, что русскому политическому деятелю в России (к каковым он относил себя) правильно быть православным. Будем откровенны: Россия не в состоянии была считать Бориса Абрамовича Березовского (с его ярко выраженной еврейской внешностью) российским православным политиком.

Жириновский

В чьей фигуре лучше отражаются 90-е: Бориса Ельцина, Владимира Жириновского или Бориса Березовского?

Правильный вопрос с очевидным ответом: Жириновского. Я думаю, что не обижу Жириновского, если напишу, что — по моему глубокому убеждению (доказательств у меня нет) — он является старейшим агентом КГБ, внедренным в российскую политику. Победителей не судят — ведь так?

Жириновский — очевидный долгожитель российской политики (Ельцин и Березовский уже мертвы). И долгожителем он стал именно потому, что лицо современной России — это именно Жириновский. Разумеется, многим может не понравиться то, что я говорю, потому что Жириновский жлоб, хам… Не хочу сейчас много отрицательных эпитетов использовать, но все они к нему относятся. Ни одного хорошего слова я про Жириновского сказать не могу. Ни одного.

Ничего хорошего Жириновский не привнес ни в российскую политику, ни в российскую жизнь, ни в российскую историю. И да — именно он и есть «зеркало русской революции». Я даже рад, что ему при жизни памятник поставили. По крайней мере, никакого лицемерия в этом поступке страны нет (когда в современной России обсуждают открытие памятника писателю Михаилу Булгакову, меня это, наоборот, коробит). Я предпочитаю во всех отношениях абсолютную открытость и откровенность.

Борьба с Березовским

Бывший генпрокурор Юрий Скуратов в одном из интервью сказал, что «интерес представляет архив Березовского», в котором хранятся записи прослушек всех ключевых фигур 90-х, которые делала «личная спецслужба» Березовского «Атолл». Это догадки экс-генпрокурора или архив Березовского существует и когда-нибудь «выстрелит»?

Давайте разберем это утверждение по пунктам. Во-первых, никакого архива Березовского нет и никогда не существовало. В том числе не существует и никогда не существовало никакого компромата (в кавычках или без), который Березовский или какие-то его структуры (которых никогда не было) собирали на врагов (которых тоже никогда не было, потому что враги могут быть у людей принципиальных, а Борис в этом плане — и во всех остальных — был абсолютно беспринципен).

Вы просто не назовете мне человека, который был «врагом» Березовского. Борис лично мне говорил, что «ненавидит животной ненавистью» (это его выражение) двух евреев: Джорджа Сороса и Владимира Гусинского. С Соросом я Березовского ни разу в жизни вместе не видел, но с Гусинским видел и неоднократно. Они целовались, обнимались, улыбались друг другу, и никаких следов «животной ненависти» при их общении не наблюдалось.

Прослушки и «Атолл» — это отдельная и даже болезненная (для меня) тема. Я прилетел в Москву к Борису в сентябре 1998 года по предварительной договоренности. Сказать, что два-три месяца я просто слонялся без дела — ничего не сказать.

Но 20 января 1999 года в «Московском комсомольце» вышла абсолютно гениальная публикация Александра Хинштейна «Прослушка президента». Там утверждалось, что Березовский через свою службу безопасности «Атолл» прослушивает президента России. Тут же были приведены образцы записей. Любому не идиоту (я не утрирую) из чтения текста должно было быть понятно, что записывает не Березовский, а Березовского; что записывает его ФСК; что руководитель службы «Атолл» Сергей Соколов — агент ФСК и работает не на Березовского, а на ФСК; и что автор публикации в МК журналист Хинштейн не может не быть агентом того же ФСК. (Позже формально выяснилось, что он действительно был в агентуре ФСК, и даже стало известно, когда, кем и под какой кличкой он был завербован — о чем я написал подробно в книге «Корпорация», выдержавшей два издания в Москве, в 2010 и 2012 годах.)

Понятно, что публикация Хинштейна «Прослушка президента» была первой статьей серии и закончилась снятием Березовского с должности исполнительного секретаря СНГ, ради чего все эти публикации организовывались. Так что высказывание Скуратова говорит о мощном уровне его умственных способностей. Кстати, если в новейшей российской истории какие записи и «выстрелили», так это видеозаписи со Скуратовым. Очень качественные оказались записи.

Как только ни называли Березовского: «крестный отец Кремля», Мефистофель, паук, позже его сравнивали с Троцким. Как он к этому относился? Как он себя видел?

Ни одно из этих прозвищ к Борису, конечно же, отношения не имело. Их авторы надеялись, и не без оснований, создать Борису плохую репутацию, навредить, задеть, обидеть, отомстить… «Крестный отец» закрепился за Березовским с легкой руки Пола Хлебникова, автора книги «Крестный отец Кремля Борис Березовский, или История разграбления России».

Писалась эта книга под диктовку Коржакова и стала местью Коржакова Березовскому за потерю власти в 1996 году. Затем Коржаков подстроил еще одну провокацию, теперь уже против самого Хлебникова. Он уговорил Хлебникова издать книгу о чеченцах, основанную на интервью с Хож-Ахмедом Нухаевым, высокопоставленным агентом российских спецслужб, внедренным в чеченскую верхушку.

Книга «Разговоры с варваром» была издана Хлебниковым только на русском в издательстве Коржакова (формально издательство принадлежало коллеге и приятелю Коржакова по КГБ Валерию Стрелецкому). В 2003 году книга вышла, в 2004-м Хлебникова убили. Понятно, что среди версий была и та, что за убийством Хлебникова стоит Березовский, хотя за этим убийством стояли Нухаев и Коржаков.

На борьбу с Березовским были брошены серьезные силы и большие деньги. Хинштейн от «Прослушек президента» перешел к прямым угрозам, предрекая, что Березовский закончит, как Троцкий, ударом альпийской кирки по голове. В общем-то, тем и закончилось, только не киркой по голове, а веревкой на шее.

https://lenta.ru/articles/2016/05/31/felstinsky/

Written by vishap

Հունիսի 7, 2016 at 06:15

Թողնել պատասխան

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Փոխել )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Փոխել )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Փոխել )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Փոխել )

Connecting to %s

%d bloggers like this: